Айдер Бекташ (ayder_bektash) wrote,
Айдер Бекташ
ayder_bektash

Categories:

Выдержка из статьи "Крымская АССР" в Большой Советской Энциклопедии т. 35 1937 г. 1 часть

18КрЫМСКАЯ АВТОНОМНАЯ СОВЕТСКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА (КРЫМ). Содержание :
I. Физико-географический очерк 279
Рельеф.—Геологическое строение.—Климат.— Почвы.—Растительность,—Животный мир,— Природные богатства.
II. Населен 294
III. Экономический очерк 294
Общая экономическая характеристика,—Промышленность.-Энергетика.-Сельское хозяйство.—Орошение.—Транспорт и экономические связи.—Морские порты.
IV. Народное образование 301
V. Здравоохранение 303
VI. Исторический очерк 305
VII. Крымско-татарский язык 318
VIII. Крымско-татарская литература 319
IX. Крымско-татарское искусство 320
5
II. Население.
Население К.—875,1 тыс. чел., в т. ч. городское—41 1,9 тыс. чел. (1930). Средняя плотность населения—33,7 чел. на 1 км2 (сельского— 18 чел. на 1 км2). К. ежегодно посещает, кроме того, большое количество больных и туристов— ок. 500 тыс. чел. в год. Наиболее густо заселен Южный берег Крыма, гл. обр. за счет многочисленных курортных пунктов; в северных же степных районах плотность значительно ниже. Национальный состав: татар—23,1%, русских-—43,5%, украинцев—10%, немцев—5,7%, евреев—7,4%, прочих—10,3%. К. занимает одно из первых мест в Союзе по проценту городского населения (свыше 47% в 1936), что объясняется значительным количеством курортных пунктов, причисленных к городским поселениям. Индустриализация К. и социалистическая реконструкция ого с. х-ва привели к крупным сдвигам в профессиональном и социальном составе населения. Численность рабочих и служащих возросла с 84 тыс. чел. в 1926/27 до 198 тыс. в 1935, в том числе в крупной промышленности—с 11,8 тыс. до 57,5 тыс., в строительстве—с 5,6 тыс. до 19,4 тыс., в с. х-ве—с 15,4 тыс. до 37,5 тыс. и т. д. 30,1% городского самодеятельного населения занято (1935) в промышленности, 8,3%—в курортном хозяйстве, 7,4%—в строительстве, 7%— в промкооперации, 8,2%—в государственных и общественных учреждениях, 13,1%—на транспорте и связи, 8,6%—в торговле и общественном питании, 17,3%—в прочих отраслях труда. — Крупнейшие города: Симферополь — 104 тыс. жит. (1936), Керчь—83,9 тыс., Севастополь—82 тыс., Евпатория—28,7 тыс., Феодосия—28,4 тыс., Ялта—20,6 тыс. Еврейские земледельческие поселения. С 1923 в К. начата систематическая организация земледельческих поселений для еврейской бедноты из бывшей черты оседлости. Общее число переселенцев к началу 1936 достигло 24.012 чел. Создан еврейский национальный район—Лариндорфский. Еврейские земледельческие поселения имеются также в Симферопольском, Фрайдорфском, Евпаторийском и Джанкойском районах.

III . Экономический очерк.
Общая экономическая характеристика. В составе царской России К. был отсталой колониальной окраиной (см. Исторический очерк).
Только при Советской власти под руководством ВКП(б) и ее великого вождя т. Сталина К. превратился в цветущую республику. На основе последовательного проведения генеральной линии партии Крым добился огромных успехов как по линии индустриализации и социалистической реконструкции с. х-ва, так и в области культурного строительства. За годы первой пятилетки и первые три года второй капиталовложения в народное х-во 1С. достигли св. 803 млн. р., в т. ч. в промышленность было вложено 336 млн. р., в с. х-во— 205 млн. руб., в курортное строительство— 51 млн. руб. и т. д.
Промышленная специализация К. определяется в основном созданием здесь при Советской власти крупной металлургической промышленности на основе Керченского железорудного месторождения, включающего К. в состав первой угольно-металлургической базы Союза. Кроме того, значительного развития достигла в К. табачная и консервная промышленность, перерабатывающая местное с.-х. сырье, химическая промышленность, выросшая на основе комплексного использования соляных озер, и, наконец, промышленность по добыче и обработке минеральных строительных материалов.—По направлению с. х-ва крымская степь входит в состав южной пшеничной полосы Европейской части Союза, выделяясь высокоценными сортами озимой пшеницы. Здесь же при Советской власти создан новый район хлопководства. Южная же часть Крыма принадлежит к числу важнейших в Союзе районов специальных культур— винограда, желтых Табаков, — а также
садоводства.—-Наряду с минераловодским районом Сев. Кавказа К. является крупнейшим курортным центром Союза. Южный берег К.— один из прекраснейших уголков на земном шаре,— в прошлом доступный лишь дворянской знати и крупной буржуазии, при Советской власти превращен во всесоюзную здравницу, обслуживающую широкие массы трудящихся.
...

Вновь построенная агломерационная фабрика выпускает 343 тыс.ш агломерата. Обслуживающий керченскую металлургию коксохимический завод также значительно расширен; он дает свыше 581 тыс. m кокса в год (1935). Отходы, получаемые при производстве кокса, используются для получения разных химических продуктов: бензола, смолы, сульфата аммония и др. С 1931 начато
строительство мощного Камыш-бурунского железорудного и агломерационного комбината, рассчитанного на выпуск 3,2 млн. m агломерата; в 1936 комбинат вступил в пусковой период. Камыш-бурунский комбинат, кроме керченской металлургии, будет снабжать рудой также и металлургический завод в Мариуполе (Азовсталь). В западной части Юж. побережья К. на базе богатейших месторождений мраморовидного известняка организована добыча металлургических флюсов (в районе Балаклавы).
В составе металлообрабатывающей промышленности Крыма выделяется Севастопольский завод морского судостроения (один из крупнейших в Союзе), продукция которого возросла с 2,7 млн. руб. в 1925/26 до 46 млн. руб. в 1936.
При Советской власти построен завод консервнов а к. го оборудования, ряд ряд автотракторно - ремонтныхзаводов и др. Построен химический завод на Перекопских озерах и реконструирован химический завод в Саках. В соляных озерах К. добывается поваренная соль (293 тыс. m в 1935). Добыча строительного камня-ракушника перестраивается на новой технической основе, процессы добычи механизируются. Построены 3 новых механизированных черепично-кирпичных завода (Керчь, Симферополь, Сарабуз). Добыча ракушника в 1935 достигла 6,1 млн., производство кирпичей—17,6 млн., черепицы—6 млн. штук.

IV . Народное образование.
В первые годы после «присоединения» К. русский царизм указом от 26/VI 1783, подтвержденным законодательными актами в. последующие годы (1803, 1830), признал в качестве учреждений обучения и воспитания татарских детей мектебе и медресе (см.). Вместе с тем были организованы 4 школы для подготовки писарей из татар, чиновников же из татарских мурз должно было готовить открытое в 1827 татарское отделение Симферопольской гимназии. В 1837 татарские отделения были
созданы и при 4 уездных училищах. Однако эти мероприятия никаких осязательных результатов не дали. К 1843 отделение при гимназии окончило только 11 чел.; в уездных училищах не было татарских детей, а в школы писарей учеников привлекали по найму из детей сирот и бедноты. В мектебе и медресе, работавших при мечетях, дети, занимаясь ежедневно по 8—10 час. в течение 5—8 лет, зазубривали суры Корана на непонятном для них арабском языке и приучались выполнять основные обрядовые требования ислама. Общеобразовательной подготовки мектебе не давала. Царизм беспокоило не это, а то, что мектебе не давала воспитания «в русском духе». Тогда было предложено в медресе (для начала в крупных—Бахчисарайской и Карасубазарской) ввести обязательное обучение русскому языку. После провала этих попыток выдвигается мысль о принудительном закрытии мектебе и медресе, в целях привлечения детей во вновь открывающиеся русско-татарские школы. Для подготовки учителей этих школ была открыта татарская учительская школа.
В результате «забот» самодержавия о просвещении татар к 1917 в К. было лишь 68 русскотатарских школ и 360 мектебе с охватом 11 тысяч детей. Всего со школами, обслуживавшими детей русского и др. населения, в К. было 698 начальных школ. Дети немецкого населения К. обучались в школах грамоты, организуемых общинами.
Только после установления Советской власти развернулась подлинная работа по народному просвещению, давшая возможность в 1930— 1931 ввести всеобщее обязательное начальное обучение по всему Крыму. В начальных школах к этому времени обучалось 73.369 человек, в том числе детей татар 22 тыс. В 88 средних школах обучалось 12.897 человек. В 1936/37 уч. году в Крыму было 866 начальных школ (59.634 учащихся), 214 неполных средних школ (56.933 уч.) и 83 средних школы (47.817 уч.). Принцип равноправия наций нашел свое выражение в создании школ с обучением на родном языке. Греки, русские, немцы, татары пользуются одинаковыми заботами Советской власти, так, например, еще в 1927/28 учебном году охват школой детей немецкого населения К. достиг 91 %, вместо 55%охвата в 1914. Больших успехов добился К. в деле привлечения в школу девочек-татарок. В 1914 девочек-татарок было в составе учащихся 17,6%, а уже в 1928 число девочек составляло 44,9%. Число детских садов в 1935 достигло 295 с 13.836 детьми.
Число летних площадок в 1935 было равно 707 с 19.084 детьми. — Проведена большая
работа по введению нового алфавита на латинской основе вместо сложного и тормазящего культурный подъем масс арабского. Новый алфавит введен с 1927.—Кадры высшей квалификации готовятся в педагогическом, медицинском и с.-х. институтах и в высшей коммунистической с.-х. школе. Общее число обучающихся—2.557 (на 1/Х 1935), из них татар около 20%. Существуют 25 специальных средних учебных заведений с общим числом обучающихся в них 5.338 на 1/Х 1935: педагогические училища, сельско-хозяйственные, индустриальные и др. техникумы, музыкальные школы, рабфаки (в Керчи, Симферополе, Севастополе).
Театр в Симферополе—с татарской труппой, воспитавшей хороших артистов; 433 колхозных клуба, стационарные и передвижные киноустановки, больше 40 библиотек, тысячи радиоустановок, сотни кружков самодеятельности—такова сеть массового просвещения. Крымские музеи, в особенности галлерея Айвазовского, пользуются широкой известностью.

V . Здравоохранение.
Тяжелые материальные условия коренного трудящегося населения Крыма до Великой Октябрьской социалистич. революции, отсутствие бесплатной медицинской помощи населению создавали благоприятную Почву для развития массовых заболеваний трахомой, туберкулезом и венерическими болезнями. Прекрасные климатические условия К. привлекали к себе, с одной стороны, состоятельные классы, к-рые пользовались курортами для отдыха, а с другой—многочисленных туберкулезных больных из средних классов, не имевших достаточных средств для жизни в санаториях, селившихея в семьях местного населения и распространявших среди него туберкулез. Медицинская помощь населению была крайне недостаточна. В 1913 в Крыму было всего 1.059 больничных коек, из них на селе—только 320. Внебольничная сеть состояла из 84 амбулаторий (15—городских и 09—сельских).
Лишь с организацией Советской власти стало развиваться дело оздоровления населения Крыма. За 16 лет существования советского К. сеть лечебных учреждений резко увеличилась. Наряду с хорошо организованными больницами и поликлиниками развернута противотуберкулезная сеть диспансеров и санаториев, учреждений охраны материнства и младенчества, создана санитарная организация.—Сеть учреждений здравоохранения, предназначенная для обслуживания местного населения, в 1935: 1) больничная помощь : больничных коек в городах—3.609, коек в сельских больницах—1.037 (в том числе в родильных отделениях — 152; помимо этого на селе организовано 58 колхозных родильных домов со 174 койками); амбулаторных учреждений в городах—89 (в т. ч.: детских консультаций—18 и детских амбулаторий—5, туберкулезных диспансеров—4, туберкулезных пунктов—2, венерологических диспансеров—4, венерологических пунктов—2, малярийных станций—12); амбулаторий иаселе—158 (в том числе 17 рентгеновских кабинетов). Зубная помощь : самостоятельных амбулаторий в городах—3, зубоврачебных кабинетов—40, зубопротезных учреждений—11 ; зубоврачебных кабинетов на селе—13. 2) Сеть охраны материнств а и младенчества : ясельных коек в городах—3.400, на селе—11.455; санаторных ясельных коек—80, коек в сезонных сельских яслях—30.000; домов матери и ребенка—7 с 515 койками, молочных кухонь— 16, противокоревых пунктов—5. 3) Санитарная организация: государственных санитарных инспекторов в городах—51, в сельских местностях—35; врачей эпидемиологов—11, школьных санитарных врачей—50; дезинфекционных станций—2, дезинфекционных пунктов в городах—14, на селе—14; санитарно-бактериологических лабораторий — 15, пастеровских станций—10, домов санитарной культуры—9. Помимо сети лечебно-профилактических учреждений, в Крымской АССР имеется 0 научно-исследовательских институтов: Клинико-онкологический институт, Институт переливания крови, Институт эпидемиологии, микробиологии и санитарии, Институт охраны материнства и младенчества в Симферополе, Туберкулезный институт в Ялте, Институт имени Сеченова в Севастополе.
Такое широкое развитие системы здравоохранения явилось прямым результатом национальной политики компартии и ее великих вождей Ленина и Сталина.

VI . Исторический очерк.
Заселение Крыма человеком произошло в глубочайшей древности. Но о жизни людей в Крыму более точные известия относятся только к поздней металлической эпохе. В степном Крыму, по греческим источникам, жили кочевники (8 век до хр. о.), которых греки называли скифами. О киммерийцах, к-рых греки считали предшественниками скифов в К., мы почти ничего не знаем. В 7—5 вв. до хр. э., судя но известиям Геродота, степной К., по крайней мере восточная его часть, был занят «царскими» скифами. Но позднее 1 в. до хр. э. степной К. заняли новые кочевники — сарматы, составившие основное население крымских степей до 4 в. хр. э. и, подобно скифам,
переживавшие здесь различные стадии разложения родового строя.—С начала 6 в. до хр. э. на морских берегах К. стали основываться греческие колонии; в первую очередь на берегах Киммерийского Боспора (Керченского пролива) построена была Пантикапея (575, ныне Керчь) и ряд окрестных более мелких поселений; в 5 веко появился Херсонес (около Севастополя), позднее подчинивший себе две небольших колонии на западном берегу — Каркинитиду (около Евпатории) и «Прекрасную Гавань» (сел. Ак-Мечеть). Попытки греков завоевать горный Крым никогда не увенчивались полным успехом. Жившие в родовом строе горныо племена, которых греки называли таврами и тавро-скифами, оказывали упорное сопротивление. Политическое и экономическое
влияние греческих колоний на степной Крым особенно сильно чувствовалось в 4—2 веках до хр. эры. Хлебная торговля была основным жиззненным нервом греческих городов; как-раз в этот период западная часть крымских степей засевалась хлебом и была в прямой зависимости от Херсонеса. С 1 в. до 3 в. хр. эры Юж. побережье К. входило в состав Римской империи; стоянкой римского флота служил Херсонес; с наступлением великого кризиса империи римский гарнизон сохранился только
в этом городе.
Уже со 2 в. хр. э. К. делается ареной последовательных нашествий новых народов. Во
2 в. К., включая некоторые приморские города, захватывают пришедшие с далекого северо-запада готы, которые из черноморских гаваней совершают разбойничьи набеги не только по Черному, но даже по Эгейскому морям. В конце 4 в. К. подвергся опустошениям гуннов, вызвавшим новые перемещения населения.
Часть сарматов, в данную эпоху обычно называвшихся аланами, спасаясь из степей от
гуннов, нашла приют в горах и у моря, заняв незадолго' перед тем возникший в 3 веке город Сугдею (Судак) и Феодосию, получившую теперь название Ардавды. В Крымских горах осталась и часть ост-готов. Смешавшись здесь с прежним горским населением, готы все же сохраняли свой облик до 16 в. Они образовали небольшое феодальное государство, бывшее с 6 века в вассальной зависимости от восточно-римских или византийских императоров.
С этого времени и до появления татар в 13 веке степь неоднократно получает перевес над побережьем. Вслед за гуннами через степной Крым проходят новые кочевники. В 7—8 вв. степной Крым составляет часть Хазарского государства; временами хазары овладевали восточно-крымским приморьем и далее Херсонесом. В половине 11 века в степном Крыму начинается господство половцев, к-рые прочно овладевают восточной частью крымского побережья с самой крупной гаванью этого побережья—Сугдеей. К. приморский после колебаний и перерывов в 4—5 вв. вновь оказывается в 6 в. под властью Византийской империи и в общем остается под этой властью до 13 в.
Главными опорными пунктами Византии были Херсонес, Керчь и Сугдея. Их укрепления были возобновлены при Юстиниане (527— 565) и, кроме того, были исправлены или вы
строены вновь мелкие укрепления на Южном берегу — Харакс (близ мыса Ай-Тодор), Горзувиты (Гурзуф) и Алустон (Алушта) — для наблюдения за горным Крымом. Херсонес и Сугдея были исходными пунктами торговых путей на север. В 9 в. морские берега К. страдали от набегов варягов, к-рые разграбили Сугдею. В 10 в. варяго-русские князья захватили на Керченском проливе Тмутаракань, лежавшую против Керчи. В 980-х гг. русский князь Владимир совершил поход на Херсонес (Корсунь).
В 1204 Константинополь был взят крестоносцами при поддержке венецианцев, к-рые с этой поры сделались хозяевами на Черном м. и, в частности, в Крыму; центром их торговой деятельности стала Сугдея. Их соперники, генуэзцы, оказав помощь грекам в деле обратного завоевывания Константинополя (1261)и получив за это обширные права и привилегии по торговле на Черном м., стали теснить венецианцев. Они основались в давно заглохшей Феодосии, к-рая, под именем Кафы, превратилась в 13—15 вв. в крупнейшую торговую гавань К. В 14 веке генуэзцы овладели Сугдеей и окончательно вытеснили венецианцев из Черного моря. Постепенно приморский и горный К. превратился в настоящую генуэзскую колонию, носившую у них название Газарии.
Кроме Кафы и Сугдеи, генуэзцы создали опорный пункт и в зап. К. — в Чембало (нынешняя Балаклава). Расцвету торговли в венецианско-генуэзскую эпоху сильно способствовали армяне, переселившиеся в К. в связи с гибелью средневекового армянского государства. Взятие Константинополя турками отрезало крымские владения от Генуи. В 1475 после долгой осады пала Кафа; весь приморский К. перешел под власть Турции, и турки вошли в прямой контакт с татарами, утвердившимися в степном Крыму еще с 13 века.—
Татары заняли степной Крым в 1239, одновременно с походами Батыя на южно-русские области, и подчинили себе остатки живших там половцев. Татары долились на племена, колена и роды. Во главе племен стояли 6 старших феодальных семейств—«беи, беки» (Ширины, Барыны, Аргыны, Яшловы, Мансуры и Саджеуты), владевшие каждый огромными участками степи и составлявшие старшее звено феодальной лестницы. Их вассалами были главы колен и главы отдельных родов. Эксплоатируемое феодалами рядовое татарское население пришло в К. в чисто кочевом скотоводческом строе. Сеяли только небольшое количество ячменя для корма лошадей, необходимых татарам для походов за пленниками. В первое время К. составлял особый улус Золотой Орды; впервые он временно отделился от нее при хане Ногае. Вновь присоединенный к Золотой Орде после гибели Ногая (около 1290), К. в 14 в. обычно управлялся ханскими наместниками, должность к-рых стала постепенно приобретать наследственный характер; столицей был г. Солхат (нынешний Старый Крым). Окончательное отпадение К. от Золотой Орды произошло в 15 в.

В ходе борьбы за независимость выдвинулась из феодально-господствующей группы местная династия Гиреев, или Гераев, первый представитель которой, Хаджи-Гирей, став в 1425 независимым, перенес столицу в Бахчисарай. При нем и при его ближайших преемниках к татарам стала заметно проникать с поберезкья западная итальянская культура. Завоевание турками Южного берега пресекло это
культурное влияние; в 1478 Крымское ханство признало вассальную зависимость от Турции. В 17 веке Крым стал объектом наступления Московского государства. Первые попытки наступательных действий против К. выразились в двух неудачных походах В. В. Голицына в 1687 и 1689. Впервые русские проникли в Крым во время Русско-турецкой войны 1736—39 под начальством Миниха (1736) и Ласси (1737 и 1738). Турецкий протекторат долго служил препятствием для захвата К. Россией. Препятствием была также французская политика, стремившаяся включить К. в сферу торговых интересов Франции. Рештельные шаги к захвату К. были сделаны во время Русско-турецкой войны 1768—74. В 1771 князь В. М. Долгорукий овладел всем полуостровом. По Кучук-Кайнарджийскому миру (1774) К. был объявлен независимым от Турции; кроме того, Россия получила Керчь, рядом лежавшую крепость Ени-Кале, Кинбурн на косе того же имени, а затем 9/IV 1783 К. был присоединен к России.

Завладев Крымом, Екатерина II немедленно приступила к отобранию у трудящихся Крыма земли и наделению ею своих чиновников и дворян. Только за 12 лет, т. е. по 1796,
было отнято у крестьян и роздано дворянам, по официальным данным, 288.064 десятины. Кроме того, по свидетельству современников, татарские земли захватывались судьями, чиновниками, мурзами и т. д. Крымские татары-крестьяне лишались своих земель и оттеснялись с богатых и широких степей Крыма в бесплодную и выжженную яйлу (см.).—
Край был поручен «заботам» князя Потемкина, получившего потом титул Таврического. В итоге этих «забот» трудовое население Крыма, особенно татарская беднота, подверглось жестокой эксплоатации. Вслед за земельным ограблением крестьянства установилось в Крыму и крепостное право. В 1796 оно было распространено и на вольных батраков. Установившийся тяжелый колониальный гнет вызвал массовую эмиграцию крымских татар. До 1790, по данным статистического сборника земства бывшей Таврической губ. за 1915, К. покинуло свыше 300 тыс., преимущественно горных татар. Всячески притесняя и изгоняя татар из К., царское правительство в целях колонизации края щедро раздавало русским дворянам и сановникам освободившиеся таким образом земли в К. Однако дело колонизации шло туго, и Потемкину в 1787, во время посещения Крыма Екатериной II, пришлось выстроить и показать с помощью воинских частей «цветущие села и благодарное население».
В виду малой успешности колонизации Крыма Потемкиным была сделана попытка привлечения в К. иностранных колонистов. В 1784— 1787 в К. прибыло из Корсики, Ливорно, Пизы.
Генуи и различных мест Германии около 160 колонистов. Лишь в первой половине 19 в. иностранная колонизация приняла болео широкие размеры. Было поселено свыше 30 тыс. надельных душ (менонитов—9.828, немцев 9.844, болгар—15.184) на 443.855 дес.
В 1802 К. был выделен из Новороссийского края в самостоятельную Таврическую губернию. Выделение К. в самостоятельную губернию не внесло никаких изменений в проводимую политику в крае. В целях руссификации края попрежнему продолжалось вытеснение татар из К. Несмотря на антитатарскую политику колонизаторов, татарская знать—мурзы, духовенство, кулачество—нашла общий язык с русскими дворянами и помещиками и приспособилась к царизму так же, как раньше она приспособлялась к владычеству над К. турецкого султана. В ответ на это угодничество правительство распространило на татарских помещиков (мурз нли мурзаков) права российского дворянства. Крестьянская же татарская беднота, страдающая от двойного гнета- колониального и собственной татарской буржуазии и помещиков,—не видя другого выхода из тяжелого рабского положения, продолжала эмигрировать. В 1851 число населения К. упало до 608.832.
Особенно большие размеры приняла эмиграция трудящихся татар в 60-х гг. 19 в. Осенью 1854 последовал приказ военного министра о том, «что император... повелел переселить от моря всех прибрежных жителей магометанского вероисповедания во внутренние губернии». Эта мера, проводившаяся в связи с Крымской войной по соображениям как бы военного порядка, нужна была царскому правительству для захвата богатейших земель Южного берега Крыма. Начавшиеся преследования и издевательства военного начальства над татарами из-за их, якобы, шпионской деятельности превратили это переселение в повальное бегство. Эмигрировали целыми семьями, даже ордами. Пустели сотни аулов и деревень. Имущество продавалось за бесценок или бросалось задаром. С 1860 но 1862, по сведениям царского правительства, эмигрировало за границу 141.667 татар. Кроме того, из Перекона ушли кочевавшие там ногайцы. Вместе с ними общее число эмигрировавших за эти 2 года равнялось 231.177 душам. В действительности же ушло гораздо больше, т. к. многие татары уходили, не регистрируясь.
Когда было доведено до сведения царя Александра II о вынужденной массовой эмиграции крымских татар за границу, то «его величество,—как свидетельствует ген. Тотлебен,—изволило указать, что не только не следует стеснять татар в переселении, а рассматривать представляющийся случай весьма благоприятным для освобождения от них края» (см. «Русская старина», 1893, стр. 701). К концу указанного периода в К. осталось всего лишь 102.291 татарин, 687 покинутых татарами селений, причем
в 315 не было ни одного жителя. В одном только Перекопском уезде из 320 селений опустело 287. Около 60 тыс. татар погибло, не добравшись до Турции. Правительство вскоре поняло, что не в его интересах превращать цветущий край в пустыню, и в целях приостановления бегства татар в К. были командированы в 1874 бывший новороссийский генерал-губернатор, кн. С. М. Воронцов, и в 1875—директор
департамента полиции Касаговский, которые, по ознакомлении с положением дела на месте, внесли ряд предложении, облегчающих положение крымских татар. В 1876, во время посещения Александром II К., им была объявлена монаршая милость о прощении бежавших в Турцию татар; проведение лее других мер было отложено.
Доведенные до отчаяния бедственным положением, оставшиеся татары-крестьяне поджигали помещичьи усадьбы, избивали управляющих и самих помещиков. Последние вызывали стражников, а нередко и воинские части, которые жестоко расправлялись за самую невинную форму протеста. В борьбе с крестьянским движением помещикам помогали и «духовные пастыри». В одном из рапортов перекопского исправника, относящемся к 1854, имеется сообщение, что «крестьяне-татары дер. Кырт-Казак восстали против помещика и... оторвали бороду мазину, который пытался выступить в пользу помещика». В мусульманском духовенстве царское правительство нашло верных помощников в деле угнетения трудящихся татар. В связи с этим царь распорядился предавать военно-полевому суду восставших татар с условием, «чтобы списки подсудимых были составлены духовным правлением» (Фонд Таврического губ. архива № 3176).
В 90-х гг. 19 века безвыходное положение оставшихся в К. безземельных крестьян вызвало новую волну эмиграции. Царское правительство, как и раньше, не препятствовало уходу татар, оно лишь спешило брошенные земельные участки раздать знатным вельможам, дворянам и чиновникам из центральных губерний. Такая политика руссификации скоро дала свои плоды. Так, в 1897 в К. из общего числа населения в Таврической губ. в 1.447.790 чел. 70,8% было русских и только 13% татар.—
Царское правительство, создавая экономическое, культурное и правовое неравенство, разжигало национальный антагонизм и делало все, что только возможно, для моральной и духовной деградации угнетаемой народности.
Всякая возможность получения образования в светских школах на татарском языке пресекалась в корне, и это усиливало влияние мусульманского духовенства, которое в силу этого сохранило монополию на «просвещение» народных масс и культивировало лишь фанатизм и невежество. Созданная же сеть русско-татарских школ, как об этом открыто было сказано в программе министерства просвещения, ставила себе целью «обрусение и слияние всех инородцев, живущих в пределах нашего отечества, с русским народом». В этих целях создавались специальные кадры народных учителей. Детям трудящихся, к-рым удавалось кое-как закончить начальную школу, дальнейший путь к образованию был закрыт, за исключением, конечно, детей буржуазии, дворянства, чиновничества и духовенства. В Крыму в 1914 насчитывалось 48 средних учебных заведений с общим количеством учащихся всего лишь 2.426. О составе учащихся средних учебных заведений дает представление хотя бы состав евпаторийской гимназии, где из 399 гимназистов было только 6 учеников татар и то детей мурзаков, почетных граждан и кулаков. Из трудящихся коренного населения К.—татар-— до революции не было ни агронома, ни врача, ни инженера, ни научного работника. Нищенское, полуголодное существование трудящихся К., отсутствие медицинской помощи (на весь К. в 1913 имелось всего 57 врачей) создавали все предпосылки к вымиранию трудового населения. О газетах, литературе, театре на национальном языке для трудящихся татар и других нацменьшинств не могло быть и речи.
Положение рабочих Крыма было очень тяжелое. Промышленность в крае работала крайне слабо, богатейшие залежи руд и других нерудных ископаемых не использовались. Работала лишь кустарная промышленность, занятая исключительно переработкой с.-х. сырья. Около 80% всей промышленности занимала пищевая промышленность, имевшая гл. обр. сезонный характер. Это еще более усугубляло и без того тяжелое положение трудящихся.
Построенный в 1902 Керченский металлургический завод через 5 лет закрылся и возобновил свою работу лишь в предвоенные годы, выпустив 10 тыс. m чугуна в 1913. Положение же крестьян иллюстрируют следующие данные: в 1916 из 2.700 тыс. га 68,9% принадлежало помещикам, 12,7%—царскому правительству, духовенству и учреждениям, крестьяне лее владели всего лишь 18,4%, из к-рых около 3/4 принадлежало кулацко-зажиточной верхушке. Наряду с этим 40% крестьянского
населения К. было безземельным, в Евпаторийском уезде этот процент достигал 63,5. Положение безземельных арендаторов было самое печальное, так как они фактически находились в полукрепостпической зависимости от помещиков, у к-рых арендовали землю за деньги или на правах десятинщиков, при этом вносили помещику не одну десятую урожая, а чаще всего одну треть и даже половину. Империалистическая война еще более ухудшила положение трудящихся масс К. Военные реквизиции скота, инвентаря и другие тяготы военного времени тяжелым бременем легли на них и создали весьма напряженную политическую обстановку.

Продолжение статьи


Завершение
Tags: АССР, БСЭ, Крым, Крымская АССР, депортация, колониализм, крымские татары, национальная автономия, национальный вопрос, право на самоопределение
Subscribe

Posts from This Journal “БСЭ” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments